Оксана Ачимова

Автор: Олег Быков, юнкор Мария Рейхерт. Фото Вячеслава Светличного

Живая память 

Каждую годовщину Победы в Великой Отечественной войне в России отмечают как главный праздник года. Георгиевские ленточки, наклейки «Спасибо деду за Победу!», передачи, фильмы и песни военных лет по телевидению…

Но наряду с этим есть и незаметная кропотливая работа. Поисковики находят останки наших героев, чтобы воздать им воинские почести. Неравнодушные люди собирают по крупицам воспоминания немногочисленных уже ветеранов Великой войны. Любители истории копаются в рассекреченных архивах, чтобы прославить доселе неизвестных героев. И наш разговор сегодня будет как раз об одном из таких ревнителей.         

Оксана Викторовна АЧИМОВА – работник Новогородской библиотеке им. Курицына. Уже шесть лет она ведёт активную работу с детьми по патриотическому воспитанию. Учит любить Родину не на словах, а на деле: под её руководством восстанавливаются биографии героев-беловчан, обихаживаются могилы солдат Великой Отечественной, афганской, чеченской войн. О том, как внушить детям неподдельную любовь к нашей истории и вернуть то, что зовётся родовой памятью, она рассказала «БВ».

Собирая по крупицам

— Оксана Викторовна, как вы стали библиотекарем?

— Мне кажется, я читала всю жизнь и даже родилась, читая. Я всегда хотела работать в библиотеке. После 8 класса сказала маме, что буду поступать в Барнаул в библиотечный техникум. Маму убедила, а отец ворчал: «Дура ты, что ли? Какая библиотека? 80 рублей зарплата, будешь там носки, как бабка, вязать!» (улыбается). Но я верила, что библиотека может стать лучшим университетом ещё с шестого класса, когда прочитала интервью с Рэем Брэдбери. Писатель не мог поступить в колледж из-за бедности и стал посещать библиотеку по три раза в неделю. В 27 лет вместо университета он окончил всю библиотеку!

— Помните, когда захотели сохранять и приумножать память о войне?

— Когда пришла в Новогородскую библиотеку – 1 декабря 2014 года. Уже через два дня мне доверили провести мероприятие ко Дню Неизвестного солдата (в тот год праздник у нас отмечался впервые). Мы пригласили детей из седьмого класса, задавали вопросы о Великой Отечественной войне, об истории семьи – но они не могли ответить вообще ничего. Один ребёнок сказал: «А мы древний мир проходим!». Жутко стало! О питекантропах и неандертальцах он знает, а на вопрос «Воевал ли твой прадедушка?» ответить не может. Я была шокирована, пока не поняла… что и сама-то знаю очень мало об участии своей семьи в войне!

— Родственники не воевали?

— Наоборот! Папин отец Иван (точнее – Икрам, он был татарином) Акимович Галиулин был огнемётчиком. Несколько наград, некоторые наградные листы до сих пор засекречены – даже на сайте «Подвиг народа» указано, что информация пока что закрыта. 

Дедушка по маме Михаил Алексеевич Бочаров прошёл через немецкий плен, смог сбежать вместе с двумя товарищами по несчастью. Во время проверки в СМЕРШе (военная контрразведка ВОВ, сокращение от «Смерть шпионам», — О.Б.) ему выбили почти все зубы, и улыбка у него была полностью железная. Повезло: все трое рассказали о побеге одинаково, их вернули в действующую армию. 

А судьба его жены, моей бабушки Кили Захаровны похожа на приключенческий роман. Или роман ужасов. Она жила в Виннице до начала войны, на её глазах сгорел дом с её первым супругом и сыном. А саму её вскоре угнали на работу, но не в Германию, как большинство остарбайтеров, а в Италию – на военный завод. После войны – лагеря для спецпереселенцев, проверки…

Но самое удивительно, что почти всё это я узнала только чудом: не очень-то ветераны делились воспоминаниями о войне, даже с родными. Например, бабушка буквально за несколько лет до смерти исповедалась, рассказав о своих мытарствах, о работе в Италии. А некоторые воспоминания деда-огнемётчика смогла рассказать мне только его сестра – тётя Соня. Он не хотел пугать маму, а сестре открылся. Буквально крупицы живой памяти!

— Как думаете, почему прошедшие войну так мало рассказывали о ней?

— Тут и скромность нашего человека, и нежелание пугать, копаться в своих ранах. И мысль, что мужчина не должен жаловаться. А ещё – вера в то, что это знание не может исчезнуть. Сами подумайте: даже в 80-е годы ветеранам войны было по 60 лет, это были крепкие мужичины, никакой хулиган не забалует! Кто бы посмел им сказать: «Это не вы победили!». Кругом были участники войны, они даже не носили ордена. Ни разу не помню на деде медали – даже в День Победы. Он знал себе цену, знал, что совершил, зачем щеголять?

Сковывала и государственная цензура. Многое было нельзя рассказывать, а тем более писать в книгах. Горько сейчас думать: целое поколение фронтовиков сошло в могилу безгласными, не передав нам свой горький, но важный опыт. 

Это наши ребята!

— Итак, вы поняли, что дети мало знают о войне. Но что же делать? 

— К счастью, вскоре у меня появилась единомышленница. Это учитель истории в школе-интернате №15 Валентина Леоновна Сотникова. Провела я пару мероприятий о войне, и вдруг звонок из интерната: «Можно, мы приведем к вам детей?». А я вдруг заметила, что они знают гораздо больше об истории страны, подвигах предков. А разгадка проста. У детей почти нет современных ГАДжетов (от слова «гад»!), которые отвлекают от полезных дел. Педагоги читают им старые книги, смотрят с ними фильмы. Разговаривают с детьми, потому что понимают: иначе эти ребята совсем не смогут общаться!

Решила проверить свои мысли и организовала вместе с Валентиной Леоновной и воспитателем Надеждой Николаевной Баевой посещение могил воинов-интернационалистов в Черте. Там их похоронено двое: Павел Багаев и Олег Ачимов. Привели могилы в порядок, убрались – а потом заметили, как же много неухоженных и заброшенных захоронений под красными звёздочками. Воин ушёл, а родственники либо умерли, либо уехали. Поговорила с ребятами, и решили взять над могилами шефство. Это было по осени.

— Догадываюсь, что вы туда вернулись…

— Да, уже весной мы там прибрались. Не ограничились фронтовиками: зашли на участок, где лежат горноспасатели, погибшие при ликвидации аварии на шахте «Комсомолец» (г. Ленинск-Кузнецкий) в марте 2000 года. Тогда погибли шесть человек, в том числе муж моей одноклассницы Юрий Котов. А заодно обиходили памятник 16 шахтёрам, погибшим при взрыве метана на «Чертинской-1» в 1967 году. Это же всё наши мужики! Уголь их кровью оплачен, их нельзя забывать!

Лиха беда начало: вспомнила, что поблизости живёт много ветеранов, вдов участников войны. Стали мы им вместе с ребятами из интерната помогать: то уголь покидали, то снег почистили, то воду наносили. И, конечно, не забывая поздравлять с праздниками! А заодно я подумала о том, как бы вернуть детям родовую память.

— Родовая память, она же семейная?

— Именно! Поясню. Я застала ещё живым прадедушку Дмитрия Артемьевича Буланкина. Умер он в 96 лет. Маленький, сгорбленный, совсем не героический. И лишь потом, разглядывая его старые фотографии, увидела его в молодости: красавец, с двумя Георгиевскими крестами на груди за Первую мировую! Слава Богу, остались фотографии, остались бережно хранимые в семье царские золотые рубли и старинная икона. Но ведь многие лишены этой памяти о своём роде. Родовая память не передается. По опыту общения с детьми из местных школ могу сказать, что многие дети знают, максимум, бабушек и дедушек, прабабушки и прадедушки – уже для них тёмный лес.

— Как вы думаете, почему прервалась эта ниточка памяти, кто виноват?

— Соблазнительно сказать, что виноваты учителя или лично Путин (улыбается). Но главные виновники – это родители, которым некогда говорить с детьми. Потому что дети к этому знанию стремятся. Спрашиваю у ребятишек: «Знаешь что-нибудь о своих прабабушке и прадедушке?». И с какой же завистью смотрят дети на тех, кто уверенно может сказать в ответ: «Прабабушка была санитаркой, а мой прадедушка – красноармейцем». Он есть, этот запрос! Так и хочется порой встряхнуть родителей и сказать: «Покажите детям хотя бы фото предков! Сейчас они не знают прадедов, а это значит, что дети ваших детей забудут уже вас!».

Потрогать войну руками – это страшно. Но нужно

— Многие официальные мероприятия по сохранению исторической памяти наводят на детей, мягко говоря, скуку…

— Всё верно: им неинтересны то, что нельзя потрогать руками. Дайте детям потрогать Родину руками! Поэтому в библиотеке, например, мы стараемся обзавестись артефактами. Есть у нас советская каска с поля боя, пробитая осколком (передали поисковики), есть подаренная нам гильза от снаряда.

Одно дело – рассказ с чужих слов, а совсем другое – когда «афганцы» показали мастер-класс работы с «калашниковым», с гранатами, с сапёрной лопаткой. Когда Лёша Кузнецов, воевавший в Нагорном Карабахе, перезаряжал «калаш» легким взмахом руки, чавкалки у пацанов падали, отбивая им ноги. Да и у девочек – глаза по пять копеек. А парашют, который дети своими руками раскладывали на поляне у библиотеки!  Это то, что они запомнят надолго!

Изучаем и древнюю историю. С разрезов нам привезли бивень мамонта и череп бизона. Это не память войны, но эти вещи передают нашу сопричастность к тысячам лет, пролетевшим над родной землёй. Но самое памятное, что нам удалось сделать, – погрузить детей в блокадный Ленинград.

— Как это?

— В январе у нас было мероприятие, посвящённое прорыву блокады. И мы попытались воссоздать подобие блокадного хлеба. Я договорилась с девчонками из столовой, определились с рецептурой. Мы добавили в хлеб ржаной муки, отрубей, целлюлозу. А потом с детьми резали его суровой влажной ниткой на стограммовые порции, чтобы все прилипшие крошки можно было собрать. Заварили детям морковный чай. Я специально неделю тёрла морковку и сушила её в духовке.

Вы бы видели, как они сидели с этими кусками хлеба и с этим морковным чаем. Смотрю, Вероника Паясова плачет. Я спрашиваю: «Вероничка, что плачешь? Что случилось?». И фраза её просто резанула. Говорит: «Когда войну можно потрогать руками – это страшно!». После этого слёзы полились и у меня...

— Карантин вам, наверно, вставил палки в колёса? На 9 Мая и то торжества отменили!

— Изворачивались, как могли. Например, создать видеоцикл из 10 книг о войне, по которым сняты современные сериалы. Рассказывали, в частности, о книге «Дорогой мой человек». Большинство знают только экранизацию с Баталовым, но детям понятнее новый сериал, снятый в 2011 году. Говорили о книге «Жизнь и судьба» Гроссмана. Я зачитывала не раз детям отрывок оттуда — «Письмо матери к сыну». Оно было написано матерью писателя, погибшей в концлагере. И вот она пишет ему в письме: «Мой дорогой сын, пишу тебе, зная, что никогда тебя не увижу…».  Такое нужно просто брать и читать своим детям.

— Чтение довольно жуткое. Как думаете, с какого возраста такое можно давать?

— Честно – с пяти лет. Гораздо сильнее им испортят психику «Масяня», «Смешарики», «Лунтик» и прочее. Нельзя испортить человека чтением. А к нему нужно приучивать. Малыш видит родителей с книгой – и старается им подражать. Патриотизму тоже можно научить в семье, просто неподдельно интересуясь историей своей страны, родного края, своего рода. Ребёнок потянется вслед за вами!

— Что может сделать простой человек, чтобы сохранить и передать историческую память в пределах своей семьи?

— Для этого не нужно клеить на окна бумажных голубей, рисовать надписи «… лет Великой Победы» и запускать фонарики. Поговорите с детьми, покажите им семейные альбомы, посмотрите вместе военные фильмы. Увы, большинство солдат Великой Отечественной уже нет с нами. Но можно сходить на кладбище, привести в порядок могилу ветерана войны. Зайдите на такие сайты как «Подвиг народа», «Мемориал», «Поколение». Там вы найдёте истории своих родных, которые погибли или были награждены на фронте. Если у вас возникают какие-то сложности с Интернетом, можете обратиться к нам – поможем  с радостью!

— Есть у вас планы на ближайшее будущее?

— Вместе с ребятами на День Неизвестного солдата мы возложим самодельные венки к памятным доскам новогородцев, погибших в Афгане и Чечне, – Павла Багаева, Олега Ачимова, Алексея Соколова, Константина Нургалеева. Есть и вещь более масштабная – проект «Имя на обелиске». Мы обратили внимание, что многие могилы фронтовиков заброшены. И поставили себе задачу попытаться найти и восстановить информацию о них, оформив потом Книгу памяти.

Не могу не упомянуть еще один важный проект. В 1975 году, в год тридцатилетия Победы, перед ДК угольщиков был разбит рябиновый сквер по инициативе Героя Социалистического Труда Григория Сергеевича Ляпунова и полного кавалера «Шахтёрской славы» Александра Ивановича Шейнгальца. Рябины выбрали не просто так: они алели, как кровь на снегу. За минувшие годы рябинки изрядно постарели, некоторых уже нет. Поэтому в прошлом году мы с ребятами провели акцию «75 Победных рябин». Ходили в парк «Тополиный», выкапывали саженцы, поливали, таская воду из библиотеки. Часть деревьев не прижилась, но мы планируем аллею обновить по весне. Это – тоже часть живой памяти!

0 0 votes
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомление о
guest
0 комментариев
Inline Feedbacks
View all comments

Погода